Гостиная доверху наполнилась терпким запахом сумерек. Переплетаясь друг с другом в воздухе, рождественские ароматы нетерпеливо теснили друг друга.

– Тесто, оно живое, вот так опускай ручки и хорошенько его помни, от всей души, малышка.

Мама опустила пухлые ручки дочери в кастрюлю с праздничным тестом.

– Пахнет Рождеством…

– Так и есть, Мару. Имбирь, корица, мускатный орех и немножко гвоздики. Какая помощница у меня растет!

В комнату зашел мальчик с печальными шоколадными глазами на бледно-молочном лице. Тонкий и хрупкий, как вафельный рожок, сожми неаккуратно пальцами, и он рассыплется сладкими хрустящими крошками по дощатому полу.

– Уже поздно, унести спать?

– Давай, Мирко. Мне еще всю ночь печь, – устало произнесла мама, убирая выбившуюся из-под косынки прядь.

– Уложу и помогу тебе.

– Нет-нет, побудь с сестрой. Вдруг проснется, испугается, что одна.

– Не хочу спать, – заплакала Мару, но брат, не обращая на это внимания, подхватил ее на руки. Теперь он был похож на рожок с шариком ванильного мороженого, и держал он этот шарик на себе решительно и крепко, будто в один миг стал не вафельным, а грильяжным.

К полуночи более шестидесяти имбирных человечков красовались на длинном столе маленькой пекарни. Армия пряников готовилась завоевать рождественское настроение для этого дома.

– Мам, ты тут как? Мару проснулась, хнычет! – вафельный мальчик беспокойно высунул растрепанную голову из комнаты.

– Я только человечков закончила, а еще впереди леденцы, – мама устало опустилась на стул. – Принеси Мару.

Когда девочку принесли на кухню, ее нужно было чем-то развлечь, никак не могли успокоить.

Так я и появился на свет.

Из всех новоиспеченных пряничных человечков пекарь не успела раскрасить именно меня. И я достался малышке. Неумелые детские ручки так трепетно украшали меня, старательно выводили улыбку, глазки. Мару нарисовала мне белый шарфик из сладкой глазури, а мама-пекарь приклеила мне красное сладкое сердечко.

– Это Пряня! Мамочка, красиво?

– Любимая моя, конечно, очень-очень красиво!

– Ты продашь его?

– А давай мы всех продадим, а его оставим тут, у нас? Пусть погостит.

– Даваааай, – засыпая, протянула малышка.

Под утро рождественский заказ был готов.

Нарядные пряничные человечки красовались в индивидуальных коробочках, имбирные звездочки, перевязанные яркими золотыми ленточками, красно-белые леденцы, сладкие шишки и свежие еловые ветки в ожидании застыли на столе.

Мама нервно бродила из угла в угол. Стук в дверь. Пришла заказчица.

– Доброе утро! Вот все, как и обещала, пряничные человечки, звездочки, леденцы. Все тут!

Сухощавая пожилая дама наклонилась над столом, придирчиво разглядывая свой заказ. Казалось, под ее холодным, как утренний снег, взглядом вот-вот треснет глазурь на лицах пряничных человечков, но…

– Беру. Сколько я должна за работу?

Небрежно, как стряхивают лишнюю муку с рук, она расплатилась и вышла из пекарни. Дама-сухарь.

Мама же сжала деньги в руках, села за стол и расплакалась.

Однако после визита сухощавой дамы дела в пекарне пошли в гору.

Оставались считанные дни до Рождества, и заказы лились, словно растаявшая карамель.

Пряничные человечки появлялись ночью, а на утро исчезали в пестрых красивых коробочках. Потом пекарь стала создавать пряничных барашков, щедро украшая их бархатистой белой глазурью. Звездочки, сердечки, елочки, такие румяные и пряные, перевязанные шуршащей ленточкой, отправлялись украшать сладкие столы по всему городу.

А я… остался невостребованным.

Сначала я не понимал, что происходит, почему я все время стою на отдельном столе. И все ждал, когда же придет и мой черед отправиться в рождественское путешествие.

А потом… все понял, когда со мной рядом оказалась кастрюля с тестом.

…В отражении я увидел себя.

Кривой рот, один глаз круглый, другой – изогнутый дугой. Неровный шарф. Единственное, что было ровным и красивым, – это то самое красное сердечко, которое приклеила мне мама-пекарь.

Я понял: ей было стыдно меня продать. Стыдно отправить на рождественский стол. Таким уж я уродился. Уродцем. И я совсем не гожусь для такого красивого праздника. Такой вот нерождественский пряник.

Оставалось наблюдать со стороны, как замешивали тесто и украшали тех, кому повезло. У них у всех было длинное и гордое имя «Имбирный человечек 1 шиллинг за штуку»! Ох, как я мечтал, чтобы меня звали так же. Но я был всего лишь… Пряня.

– Мамочка, ты сказала, что тесто живое. А когда Пряня оживет?

– Солнышко, тесто живое, да, – мама-пекарь смутилась, – а Пряня… оживает в твоей голове.

– Хочу, чтобы тут, а не в голове. Хочу на Рождество, чтобы Пряня ожил.

Мама нежно обняла малышку Мару и унесла из пекарни.

А когда наступила долгожданная рождественская ночь, я почувствовал необычайный, волшебный прилив сил! И я понял, что могу ходить. Ходить по всей кухне!

За окном валил пушистый, добрый снег. В пекарне пахло имбирем и нежной корицей. Я постоял возле готовой армии пряных человечков, но они равнодушно смотрели в одну точку, будто заколдованные, и не обращали на меня внимания.

Да разве могли они обратить внимание на такого, как я?

Прогуливаясь по столу, я с восхищением осматривал красующийся на деревянной дощечке яблочный сыр, томящиеся в вине груши, облитые медом ореховые трубочки.

Потом я забрался в шкаф, где стояли палочки корицы, звездочки гвоздики, огромный пакет с мукой. Пахло по-родному. И мне захотелось остаться в шкафу, рядом с ними. Мы разговорились, и я рассказал о своей беде.

Жизнь пряника такая коротенькая, и как же это грустно так и засохнуть невостребованным! Никчемным. Ненужным. Ведь самое важное предназначение пряничного человечка – стать подарком и вызвать радость у человека, который меня получит, создать для него ощущение уюта и праздника.

Но жители шкафа начали убеждать меня в обратном. Говорить, что гордятся мной. И все еще будет хорошо.

Чем тут гордиться?

Жизнь слишком коротка, чтобы просто надеяться на лучшее…

 

Я снова забрался на стол с готовыми подарками и решил, что останусь тут. Вдруг мама утром заметит меня и решит все-таки подарить. Хоть кому-то. Да, я уродливый пряник.

Про таких говорят «первый блин комом». Я стал последним в своей партии, но сути это не меняет.

Меня можно подарить бедняку. Бездомному человеку. Представляете, какая радость будет у него? Он не обратит внимания на то, что я некрасив. Он воспримет меня как чудо. Самый настоящий рождественский подарок! Именно так!

Я это представил так, будто это уже произошло на самом деле, я почувствовал радость этого человека и свое счастье.

В ту ночь мне казалось, что я сам могу совершить волшебство, и я старательно представлял желаемую картинку: я в руках бедняка, его глаза, полные благодарности и счастья, свершившееся для нас обоих Рождество.

На следующее утро мама-пекарь подошла к столу и, как обычно, начала собирать сладости, чтобы отдать их доставщику.

– Ой, а кто положил сюда Пряню? Сынок?

– Мам, я ничего не трогал.

– Ну что значит не трогал? Положи его обратно, пожалуйста, вон туда, на угловой столик, там его место.

 

И я снова оказался в изгнании.

Тут мое место… И о чем я только думал?

 

– С Рождествооооом, мамочка!

– С Рождеством, Мару!

 

Вечером все семейство уселось за стол, малышка взяла меня и поставила на стол.

– Ешь, Пряня, с нами. Смотри, какой стол красивый.

Мама повесила на дверь табличку «Закрыто», зашторила окна и зажгла свечи. По белой скатерти разлился теплый медовый свет.

Самый настоящий рождественский ужин.

Первый рождественский ужин в моей жизни…

 

Со временем я смирился с тем, что я такой, какой есть, что мне никогда не стать Подарком. Я наблюдал за тем, как из-под маминых умелых рук появлялись диковинные печенки, пышные булочки, сладкий кекс, как горделиво покидали нас шоколадные олени, вафельные рожки, уносящие с собой горячую карамель.

На следующее Рождество мама работала не покладая рук, ночами пекла, утром и днем продавала.

Мирко по утрам продавал горячий миндаль в сахаре. От бумажных кульков и изо рта маленького продавца шел пар, и мальчик вместе с миндалем были похожи на сладкое десертное облако посреди морозного металлического блеска.

В самый канун Рождества маме поступил ответственный заказ на огромный пряничный домик.

И мама всю ночь трудилась над этим, поистине волшебным, чудом! И вот, когда она его доделала и пошла прилечь на пару часов, я подошел поближе, чтобы рассмотреть творение ее родных рук.

Высокие стены, украшенные кисло-сладкой глазурью. Красным, оранжевым, желтым светом горели съедобные карамельные окна, так и хотелось заглянуть в них. Круглые пестрые леденцы на крыше, марципановый снеговик у входа в дом, пушистые сугробы из сладкой ваты.

Это очень важный заказ.

От той Дамы-сухаря, благодаря которой в прошлое Рождество наша пекарня была спасена от разорения.

Я уже собирался вернуться в свой угол, как вдруг услышал шуршание.

– Кто здесь?

– Ой…

Это была мышь! И как она пробралась сюда?

– С Рождеством!

– И Вас тоже, – растерянно пробормотал я.

Мышь испуганно осмотрела меня, но когда поняла, что я не представляю никакой опасности, поменялась на глазах.

Прищурилась и подползла ко мне.

– Ты – еда, – хищно зашипела мышь. Похожий звук я не раз слышал перед завтраком, когда бросали сливочное масло на раскаленную сковородку. Звук приближения трапезы.

– Да, я еда. Правда, неудачная очень.

– Это еще почему?

– Потому что меня разукрасил ребенок, и я – уродец.

– Ну что ж, бывает, – мышь то и дело поглядывала на домик.

– Откуда ты тут?

– Не важно, но мне здесь нравится. Не мешай, – и она двинулась в сторону домика.

– Ты что?! Собираешься его съесть? – я бросился к домику и преградил мыши путь.

– Ну, весь-то я точно не съем, как бы ни хотела. Но погрызть его… да, собираюсь!

– Я не позволю! Знаешь, сколько мама его пекла? Это очень важный заказ!

– Когда ты голоден, тебе нет дела до чужих дел.

– Как же так? – я искренне не понимал мышь… – Я не пущу тебя.

Мышь метнулась за угол домика. Когда я добежал до нее, она уже готова была вонзить свои острые зубки в это пряничное чудо, глазом выбирая что-то на крыльце.

– Стой!

– Что еще? Глупый пряник. Я голодная очень.

– Я дам тебе поесть! Только не домик!

– А что?

– Если тебе не важно, насколько эстетична твоя еда, то можешь поесть меня.

Мышь удивленно уставилась на меня.

– Тебя?

– Да, я точно такой же, как этот домик. Мы с ним почти что братья. Из одного теста.

 

 

На утро мама-пекарь увидела в целости и сохранности свой домик… и меня, покусанного мышью.

У меня не было ноги и руки, куска головы. Но я… я все еще был.

Мышка оказалась очень голодной. Она сказала, что приведет сюда своих друзей. Что место уж больно хорошее, теплое, вкусное.

 

– Мышь! Это явно сделала мышь! Слава Богу, домик не погрызла!

 

В этот же день в пекарне появилась кошка. А меня отправили в темный шкаф.

По ночам я выбирался и смотрел на великолепные десерты, теперь они были еще величественнее и прекраснее. Иногда целую ночь я просиживал у окошка, рассматривая ночную улицу. Я будто нырял в облепиховые отсветы фонарей на сверкающем снегу и терялся в них и во времени. Но каждое утро я прятался в шкафу, чтобы не мешать никому.

 

Я понял, что та жизнь, которая была у меня до встречи с мышью, была прекрасна. Как жаль, что я ее не распробовал, все время переживал о том, какой я некрасивый, что мне не стать Подарком.

Я не смаковал тогда тот факт, что все время был на столике в углу и мог принимать участие в жизни семьи. Меня даже посадили за рождественский стол, а я не обратил на это внимания, только рассматривал красивые десерты, похожим на которые мне никогда не стать. И расстраивался, что я не подарок на Рождество.

 

Я понял все это слишком поздно.

И теперь, сидя в темном шкафу, я понимал мышь. Я понимал, что такое голод. Я голодал по старым временам. По маме, по смеху Мару и завтракам с Мирко.

Мышь говорила «я голодная», люди говорят «я скучаю». А ведь у меня было и то, и другое. Мне было голодно: я скучал по семье.

 

Я часто вспоминал ту роковую встречу с мышью. И каждый раз понимал, что поступил бы так же. В итоге я пришел к выводу, что я был не зря. Я спас пряничный домик, и мама смогла его продать. Дама-сухарь была в восторге, и мама стала самым востребованным пекарем в нашем городе.

Я был не зря…

 

Так прошло 13 лет. Первые 5 лет я еще выходил из шкафа, а потом малышка Мару куда-то пропала, так же, как и Мирко. Стало совсем тускло. Еще два года я выходил в рождественскую ночь и смотрел на падающий снег. А потом…

 

Не помню, когда последний раз я выходил из шкафа. В шкафу было очень уютно, спокойно, тепло.

А сегодня… что за день? Створки шкафа открывались раз сто.

Что за суматоха? Переезд?

Я осторожно выглянул.

В гостиной разлился ядреный дневной свет, который мгновенно ударил мне в глаза, привыкшие к бархатной, мягкой темноте шкафа.

Какие-то сборы.

Ничего не понимаю.

Как изменилась мама-пекарь! Волосы стали длиннее, прибавилось морщинок. Но все такая же заботливая. Я посмотрел на стол и ахнул – огромный многоярусный торт! Такого я в своей жизни еще не видел.

И лебеди! Карамельные лебеди на самой верхушке!

Несколько помощников мамы-пекаря подошли и начали бережно упаковывать эту махину.

– Выходите, я уже почти готова!

Мама-пекарь направилась к моему шкафу, а я так испугался попасться ей на глаза, что забился в самый дальний угол.

 

Какая же красивая, счастливая, взрослая… Мару. В длинном белом платье.

Гул, шум, знакомое сердцу шуршание праздничной обертки, выстрелы шампанского.

 

– Мамочка, Боже мой, какой торт! Такого красивого  я еще никогда не видела! Спасибо тебе за такой подарок!

– Мару, это не главный мой подарок…

Мама смущенно достала красивую коробочку, из тех, что дарят на Рождество. И отдала дочке.

Мару открыла коробочку…

… а там был… я.

 

Я увидел ее глаза, они были полны удивления, казалось, в них промелькнула вся беззаботная и теплая жизнь с мамой в пекарне, а потом малышка расплакалась.

– Это была твоя первая поделка. Я, как увидела, какой он красивый у тебя получился, сразу поняла, сохраню его для тебя и подарю в день твоей свадьбы. Его мышь погрызла в ту знаковую ночь, когда я приготовила пряничный домик. Помнишь? Я так испугалась за него, что спрятала подальше в шкаф. Чтобы сберечь.

– Мамочка, это самый лучший подарок… Это…чудо какое-то. Мой Пряня.

Я стал Подарком…

Таким, о каком никогда даже не мечтал.

За все эти годы в шкафу я потерял всякую надежду, перестал представлять то, как однажды меня подарят на Рождество вместе с другими пряниками, перестал думать о том, почему именно мне так не повезло в жизни, почему я настолько страшный, что меня заперли в шкафу…

 

Иногда, чтобы стать Подарком, нужно ждать долго. Дольше, чем вы думаете, дольше, чем ждут другие. Иногда нужно даже ждать в темноте… и думать, что о вас забыли… в то время, как вас берегут для чего-то поистине великолепного.

 

 

 

 

5

Автор публикации

не в сети 10 часов

N. Mer

146
flagРоссия. Город: Moscow
Комментарии: 103Публикации: 1Регистрация: 30-01-2020

ТСДР (выбор парнера)

Достижение получено 10.04.2020

Рейтинг: 55

Титул: Призер

Может быть вы не получили главный приз, зато победили в партнерской номинации! Это замечательно!

достижение выдается за победу в партнерской номинации "История в красках"

ТСДР (2 место)

Достижение получено 08.04.2020

Рейтинг: 70

Титул: Победитель

Вы обошли остальных участников и доказали свое литературное мастерство. Поздравляем с победой!

достижение выдается участникам, занявшим 2 место в конкурсе "Темные светлые духи Рождества"
Понравился материал? Поделись им с друзьями

31
Оставить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
Войдите или зарегистрируйтесь с помощью: 
16 Цепочка комментария
15 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
17 Авторы комментариев
Мит СколовkarinaN. MerГрэг ( Гр. Родственников )Grold Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
Уведомление о
Мит Сколов
Автор

«диковинные печенЬки», наверное. Хорошо!..

Текущие конкурсы

Дни
Часы
Минуты
Всем спасибо! Прием работ на конкурс завершен. Рассказы участников доступны для чтения, начинается работа судей.

"КОНЕЦ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА"
до окончания приема работ осталось:

Дни
Часы
Минуты
Всем спасибо! Прием работ на конкурс завершен. Рассказы участников доступны для чтения, начинается работа судей.

Последние комментарии

Больше комментариев доступно в расширенном списке

случайный рассказ последнего конкурса

Боги огня

Боги огня

Жалкие остатки некогда великого человеческого рода влачат убогое существование на руинах цивилизации. Но среди них одно племя лелеет надежду не только выжить, но и встать у основания новой истории. Залогом …
Читать Далее

случайное произведение из библиотеки

Дар

Дар

Утреннее солнце озарило горизонт, и сияющий Солавер наполнился беспокойными звуками и суетой – в городе начинается праздник Рождения Наследника. В этот благостный день ворота всех …
Читать Далее

Поддержать портал

Все меценаты попадают на страницу с благодарностями

Авторизация
*
*
Войдите или зарегистрируйтесь с помощью: 
Генерация пароля