# Шалость удалась

Края листков бумаги на столе приподнимает ветерок. В проёме всегда распахнутого окна – синяя высь и даль из слепящих закатным золотом облаков.

В щёлку двери заглядывают двое, начинают толкаться, чтобы занять место поудобнее, а сквозняк сносит лист со стола к ногам детишек.

– Гляди, что ты наделала!

– Я?! Это ты меня толкнул!

Рисунок оказывается в руках у девочки.

– Ой! Что это? Дым?

Дети устраиваются на полу перед дверью в кабинет.

– Фу, всё чёрное!

– Смотри, а тут ещё зелёненькое проглядывает…

– Отнеси на место.

– Папа не разрешает заходить в его кабинет, – пугается малышка, – и…

– Что?

– Я только проверю.

Девочка достаёт из оттопыренного кармашка ластик и стирает серые разводы с краешка картинки. Под ними показывается кусочек нарисованного неба синего цвета.

– Гляди!

– А если снизу потереть? – заинтересовывается братец.

Девочка старательно очищает нижнюю часть рисунка, обнажая зелень лесов и полей, реки, крошечные домики, машинки, серые пятнышки заводов и малюсеньких человечков – таких, что и разглядеть нельзя.

– Здорово! Три ещё!

Девочка с энтузиазмом выполняет просьбу.

– Вот, совсем другое дело! – дети с удовольствием разглядывают получившийся пейзаж.

– И солнышко теперь у них  лучистое, и небо васильковое, и травка – зелёная-презелёная! – радуется малышка.

Брат настроен скептически.

– По-моему, вот эти штуки всё здесь портят, – он тычет пальцем в заводик, над которым курится сизый дымок. – Глянь, реки из-за них чёрные совсем.

– Ой! – расстраивается девочка. – Что же делать?

Мальчик заговорщицки придвигается.

– Я у папы на столе такую штуку видел – если ей потереть что угодно убрать можно.

– Мамочки!

– Не трусь. Всё равно мы рисунок уже испортили. Думаешь, папа не догадается, кто его трогал?

Через минуту.

– Речку поскреби… и домик кособокий убери…

– И людишки мне не нравятся – они опять всё испоганят… Готово! Глянь, чистые реки, озёра, небо, трава! Как и должно быть.

Девочка с восторгом хлопает в ладоши.

Когда звёзды и луна украшают глубокий бархат неба, зажигая спящие серебристые облака, хозяин кабинета устало опускается в стоящее перед столом кресло. Он замечает валяющийся на полу листок, поднимает его, задумчиво вглядывается и усмехается сквозь густые усы.

– Вот, безобразники, добрались таки! Что ж, начнём заново.

Он расправляет перед собой чистый лист и зачерпывает широкой ладонью серебристое сияние облаков.

– Да будет свет!