-- - + ++
Темнота столь плотно окутывала Виктора, что скрывала даже руки. Но она не была абсолютной – на периферии зрения мерцали светящиеся точки. Уже долгое время эти маленькие огни оставались единственными спутниками Вити в его нескончаемой дреме. Он в который раз потянулся к одному из огоньков, но очередная попытка оказалась безуспешной. Этим светящиеся точки напоминали звезды – такие же яркие и недостижимые.

Вместе с чувством разочарования в голове Виктора всплыли отголоски воспоминаний: успешный бизнесмен, вложивший все свои средства в крионику; серая капсула, напоминающая гроб; непроницаемая крышка, погрузившая мир во тьму.

Сначала темнота принесла облегчение. Больше не нужно было спешить на работу, переживать из-за очередного кризиса и риска прогореть. Вслед за облегчением пришла апатия. Стресс, азарт, радость и переживания – потеряли всякий смысл. Словно сами эмоции застыли во времени.

Виктор почти утонул в этой равнодушной пустоте, когда впервые заметил спасительные отблески света. Маленькие звезды, затянутые дымкой из грусти и несбывшихся мечтаний. Куда бы он не смотрел, они оставались на виду, терзая душу болезненными переживаниями. И все же он был благодарен за эту грусть: она напоминала Виктору, что он все еще жив.

В какой-то момент темная пелена покрылась трещинами. Со всех сторон стал пробиваться свет, и послышались голоса.

«…два кубика витапротекторов в лучевую артерию».
«Коррекция состава».
«Оптимизация температурного градиента. Замещение хладагента в штатном режиме».
«Уровень повреждения нервной ткани… допустимый. Внедрение чипа».
«Состояние объекта… стабильное. Вмешательство Бога завершено».

После слепящей вспышки Виктор вновь погрузился во тьму.

***

Он пришел в себя на больничной койке, окруженный различным медоборудованием. Из всего многообразия знакомыми казались лишь капельница да диаграмма пульса на ближайшем мониторе. Неожиданно показания мигнули, раздался тихий писк.

Спустя минуту в комнату вошло двое человек – молодой парень и девушка. Парень молча кивнул подруге и его глаза стали пустыми. Через мгновение взгляд юноши вновь обрел осмысленность, но из него пропал всякий намек на эмоции. Улыбнувшись в ответ, девушка подошла к кровати Виктора. Поправив строгий пиджак, она открыла рот и… оглушительно чихнула.

– Будьте здоровы! – ответил Виктор на автомате.

Девушка замялась, словно забыла все, что хотела сказать. Тут же в разговор вмешался парень.

– Эскорт-Н412, не пугай так нашего гостя. А то он подумает, что сейчас все общаются с помощью чихания.

– Прошу прощения, Эскорт-Н437…

– Если ты слишком волнуешься, Эскорт может взять прямой контроль над миссией, – хрипловатый голос юноши резко контрастировал с его внешним видом.

Виктор решил заступиться за девушку.

– Все в порядке, ничего такого не произошло.

Парень пронзительно взглянул на Витю, но все же заговорил мягче:

– Хорошо. В таком случае контроль над миссией переходит к Седьмому.

Его взгляд опять застыл. Через секунду на Виктора смотрел улыбчивый молодой человек, не имеющий ничего общего со своей прошлой личиной.

– Прости за это, Двен. В последнее время система уж слишком ворчливая.

– Седьмой! Они нас вообще-то слышат.

– Ну и пусть. Вроде сотрудники посольств, имеющие десятки лет опыта, а в открытую отчитывают недавнего курсанта за простой чих. В буквальном смысле.

Девушка слегка дернула плечом, и юноша осекся. Откашлявшись, он обернулся к обескураженному Виктору.

– Хм, приветствие пошло не по плану… В общем, добро пожаловать в Новгород-4, один из лучших городов Федерации в Восточной Европе! Сегодня 15 сентября 2169 года по старой системе датировки – или 27 года с момента окончания Последней Войны. Мы с коллегой назначены в качестве вашего сопровождения на период адаптации.

Следующую фразу юноша произнес уже менее официальным тоном:

– Можете звать меня Седьмым, а девушку – Двен. Как поправитесь, устроим вам экскурсию по городу и ответим на все вопросы.

Девушка опять чихнула, будто подтверждая сказанное. Затем она спросила:

– А как следует обращаться к вам?

– Можно просто Витя.

Дверь в комнату вновь открылась. На пороге показался врач, безмолвно уставившийся на Седьмого. Не оборачиваясь, тот произнес:

– Поняли, доктор, скоро уйдем, — юноша взглянул в глаза Виктору и подмигнул. – Отдыхай, Витя! Впрочем, перед уходом мы успеем ответить на один вопрос.

Виктор спросил, не дослушав Седьмого до конца:

– Как у вас обстоят дела с космической программой?

Парень с девушкой недоуменно переглянулись. После небольшой паузы Двен ответила:

– Э-эм, да вроде неплохо. Три года назад отправили первых колонистов на Марс. Еще через два планируется вторая волна.

– Отлично!

Перед уходом парочка вновь удивленно взглянула на Виктора, но так ничего и не сказала. Лишь у двери девушка остановилась, словно вспомнила что-то важное.

– Кстати, ваш знакомый обещал завтра приехать.

– Знакомый? Кто?

– Логистика-Н… то есть Олег Петрович. Он был занят распределением ресурсов в азиатском секторе, но выпросил небольшой отпуск, узнав о вашем пробуждении.

Дверь с легким шелестом закрылась, а Виктор нахмурился. Он не помнил никакого Олега Петровича среди тех, кого заморозили вместе с ним. Разве что это тот молодой парень из лаборатории, где закупался хладагент. Когда они отмечали завершение сделки, тот интересовался спецификой крионирования. Видимо, этот Олег потом все же решился на консервацию.

Тем временем доктор закончил проверять аппаратуру и снял большинство трубок, оставив лишь капельницу. Затем он быстрым шагом покинул комнату. Виктор отметил, что врач откровенно опасался его взгляда. В голове промелькнула мысль:

«Нет, с этими ребятами определенно что-то не так».

Оставшись в одиночестве, он стал рассматривать окружающую обстановку. Взгляд упал на трубку, идущую из капельницы. Сама по себе она выглядела обычной. Но вместо иглы или какого-либо другого инструмента трубка будто вплавлялась в руку.

Когда лекарство перестало поступать, раздался щелчок. Трубка отсоединилась, оставив на месте контакта прочную эластичную пленку. Не заметив каких-либо других трубок и ремней, Виктор решил размять ноги.

Первым делом он подошел к широкому окну, открывающему панораму города. Впрочем, вид не особо впечатлил Виктора: серые многоэтажки, что-то вроде сети монорельсов на разных уровнях над землей и покрытые солнечными панелями крыши. Все это больше напоминало «зеленый» европейский город из его времени, нежели продвинутый мегаполис будущего. По ухоженным улицам и аллеям в одном темпе шли редкие пешеходы. Но самым странным было полное отсутствие машин и подходящих дорог.

Задумавшись, как местные врачи добираются до больных, Витя почувствовал вибрацию. С крыши больницы резво взлетел белый конвертоплан с красным крестом на борту. Видимо, некоторые символы остаются неизменными даже век спустя.

Заскучав, Витя вернулся к кровати. Неожиданно к нему подъехала одна из стоящих рядом коробок. Открылся пластиковый колпак. Перед Виктором оказалась тарелка с жареной картошкой и стакан морса. Из динамика раздался доброжелательный голос:

«Приятного аппетита!»

Виктор с вожделением посмотрел на тонкие ломтики картофеля, запеченные с хрустящей корочкой и источающие аппетитный аромат. Проглотив слюну, он крикнул «спасибо» и без промедления приступил к трапезе. Однако тумбочка с едой восприняла его слова, как приглашение к беседе.

«Может, хотите что-нибудь еще?»

Витя с сожалением отложил уже наполовину опустевшую тарелку и, решив, что из динамика раздается голос кого-то из персонала, ответил:

– Нет, благодарю вас. Пока ничего не нужно.

Коробка задумчиво пожужжала. Спустя несколько секунд из динамика разразился целый хор голосов:

«Нас? Как он догадался, что нас тут несколько?!»
«Разве в его время уже было известно объединение сознаний?»
«Успокойтесь, балбесы. Обращение во множественном числе – просто элемент вежливого общения в его эпоху!»
«Ага, Эскорт к нему так же обращался».
«Пф-ф, в сети мы и сами могли справку найти!»
«Вот и нашел бы, а не поднимал шум!»
«Так это и не я шумел!»
«А кто?»
«М-м-м, не знаю».

Коробка вновь замолчала. Возникшую тишину нарушал лишь хруст доедаемого картофеля. Говорящая тумбочка, конечно, заинтересовала Виктора, но первый обед за сотню лет казался ему важнее. Когда с трапезой было покончено, он неторопливо приступил к расспросам.

– А вы – это кто? И сколько этих самых вас?

«Мы – Фосс. Точнее, девятая группа Федеральной Службы Спасения в восточноевропейском секторе. Ровно десять человек. Отрабатываем соцдолг, чтобы получить новые тела».

– Хм, ну да, теперь все ясно, – сарказм в голосе Вити можно было черпать половником. – А личных имен у вас нет? И что произошло с, кхм, старыми телами?

«Имена? А какой от них толк?»

Хоть эта тумбочка и не имела заметных камер или оптических датчиков, но все же как-то зафиксировала недоумение Виктора. После неловкой паузы последовало пояснение:

«При подключении к рабочей сети ты становишься с ней единым. Интерфейсы позволяют передавать данные остальным участникам прямо в мозг, поэтому твои собственные мысли смешиваются с размышлениями коллег, служебными протоколами и директивами».

Речь Фосса звучала медленно, будто он обдумывал каждое слово. Витя уже устал удивляться происходящему и просто слушал дальше.

«Поначалу ты ошарашен столь широким потоком информации. Затем привыкаешь и перестаешь обращать внимание на принадлежность мыслей в голове. Спустя десятилетия ты полностью срастаешься со службой. Начинает казаться, что отдельная личность – это что-то странное и неполное».

– Значит, та парочка тоже входит в вашу сеть?

Механический голос Фосса скривился.

«Не-а, они Эскорт. Группа серверов, включающая десятки тысяч живых людей и почти миллион отпечатков по всей Земле. Та еще мурмурация – постоянно крутит многоплановые операции с безопасниками и армией. А реваншистов все равно еще не достали».

– Отпечатки, реваншисты… Почему каждая ваша фраза вместо ответов дает лишь новые вопросы?

Фосс снова зажужжал, формулируя подходящий ответ. Наконец он продолжил, хотя в голосе появились нотки обиды.

«Прости, Витя, но тут посоветуем тебе самому установить модуль синхронизации с сетью и узнать все самостоятельно. Наша основная работа – разгребать ядерные могильники, а не читать лекции».

Последующие слова прозвучали уже не обиженно, а скорее грустно:

«Сейчас мы сами отпечатки. Нас полностью перебили во время последней миссии. Реваншисты – Союз Восходящего Солнца, Солеиты, остатки национальных армий или еще какие преступники, оставшиеся после войны – организовали засаду в руинах Дрездена. Нас в расход, а все оборудование, включая боги, попытались утащить в свои бункеры. Безопасники не дали им уйти, но для нас это слабое утешение».

– Боги?

«Биоорганические генераторы. Незаменимая штука, когда тело разваливается от убойной дозы радиации. Ну, или просто слишком постарело. Стационарные модели вообще позволяют собирать новые тела на основе генокарты».

– Обалдеть, – хотя в голове Виктора возникло немного другое слово, он решил оставаться вежливым. – То есть за сотню лет человечество развязало и закончило третью мировую, научилось оцифровывать сознание, а еще достигло бессмертия?

«Ну, можно сказать и так…»

Дверь в комнату открылась, и вошел знакомый доктор. В этот раз он выглядел спокойнее. Врач подошел прямо к Виктору и ровным голосом произнес:

– Перед выпиской нужно провести ряд окончательных проверок. Следуй за мной.

Тумбочка, через которую говорил Фосс, осталась в комнате. Витя вслед за врачом вышел в коридор. Молчание доктора теперь казалось благом – от всего услышанного хотелось немного передохнуть. Но стоило чуть расслабиться, как в коридоре отключилось освещение.

– Какого черта?! – в голосе врача впервые проявились эмоции. – Доступ к центральной сети тоже пропал.

– И часто у вас такое?

– После войны иногда случалось, но за последние сорок лет ни разу. Почему пациенты-бессистемники всегда окружены неприятностями?!

Виктор посмотрел на доктора по-новому. Этот молчун оказался куда старше, чем выглядел. Хотя если вспомнить расхваленные Фоссом возможности биогенераторов, то ничего удивительного. За поворотом раздались быстрые шаги. Прямо перед Виктором выскочили Седьмой и Двен, держащие в руках странное оружие.

– Нужно уходить. Быстро, – тон Седьмого был серьезен, но все же отличался от хриплого голоса Эскорта.

Виктор не стал спорить и вместе с доктором последовал за Двен. Седьмой же прикрывал их отход сзади. На нижних этажах раздался грохот и несколько ударов. Вслед за этим послышались пронзительные крики, резко оборвавшиеся после серии хлопков. Не сговариваясь, вся группа ускорилась.

Источник шума приближался, но впереди наконец показалась служебная лестница. Двен вопросительно взглянула на Седьмого. Тот кивнул, и девушка уверенно направилась вверх. Эта парочка прекрасно понимала друг друга, хотя судя по лицу доктора, доступ к сети еще не восстановился.

К тому моменту, как удалось добраться до выхода на крышу, шум внизу начал стихать. На площадках стояли больничные конвертопланы. В центре находился лифт, позволяющий быстро доставлять больных на нужный этаж в экстренной ситуации. Несмотря на отключение света, индикаторы на лифте продолжали светиться – видимо, он имел собственный источник питания.

И что самое ужасное, его двери медленно открылись.

Автоматная очередь прошила Двен и пробила плечо доктора. Вместе с раненым врачом Виктор подхватил девушку и затащил ее за выступ площадки. Седьмой начал стрелять в ответ. Его оружием оказался лишь многозарядный тазер, но этого хватило, чтобы неизвестные бойцы не смогли прицельно стрелять.

Воспользовавшись моментом, удалось довести Двен до конвертоплана. Доктор зажал рану потерявшей сознание девушки и что-то прокричал вслух. Винты медицинского транспорта начали быстро раскручиваться. Седьмой одной очередью выпустил оставшиеся заряды и побежал к транспорту.

Однако на полпути его подстрелили в спину. По лестнице прибыла еще одна группа врагов. Уже раскрутившиеся винты конвертоплана неожиданно заглохли.

– Системная блокировка? – голос доктора наполнился злобой. – Сволочи!

Один из стрелков подошел к отползающему Седьмому и добил его выстрелом в затылок. После этого боевик все так же неторопливо направился к транспортнику. Виктор выхватил тазер, сжатый в руках Двен, но его прервал врач:

– Бесполезно, юноша. Оружие эскорта и службы безопасности работает лишь в руках владельцев.

– Вот-вот, послушай старика, Виктор Михайлович, — убийца Седьмого уже стоял на трапе и говорил показушно вежливым тоном. – А еще лучше следуй за нами. Если пойдешь добровольно, мы даже не станем убивать дедулю.

Виктор в ярости сжал кулаки, но все же произнес:

– Хорошо, я пойду с вами. Только не трогайте врача с девушкой.

Стрелок недобро улыбнулся.

– С девушкой? Насчет девушки я ничего не обещал.

Он направил автомат на Двен, все еще не пришедшую в сознание. Однако доктор сдвинулся, закрыв собой линию огня.

– Хм, какое удивительное самопожертвование! Удивительное для безымянного насекомого. Но станешь ли ты закрывать ее и дальше, узнав, что не сможешь возродиться из банка памяти?

На лице врача отразился ужас, но он все же не сдвинулся с места. Виктор перехватил разговор, пока никого больше не убили.

– Эй, я уже сказал, что хочу пойти с вами. Или мы так и продолжим трепаться попусту?

На лице стрелка расплылась широкая улыбка.

– Ха, а ты не тюфяк, Витек! Ну, раз так сильно хочешь, то пойдем.

Стрелок развернулся и направился к лифту, передав по рации команду к отходу. Виктор оглянулся на доктора и увидел благодарный кивок. Затем врач развернулся к Двен и достал шприц из найденной в транспорте аптечки.

Вздохнув, Виктор направился к группе боевиков.

На подходе к лифту его грубо ухватили за плечо и затащили внутрь. Там уже находились четверо бойцов. Один из них обратился к уже знакомому Виктору стрелку:

– Капитан, вторая группа на позиции и готова нанести отвлекающий удар.

– Ясно. Семен, сколько еще продлится блокировка сети?

Капитану ответил худощавый парень в очках, не отрывающий взгляда от терминала.

– Через две минуты центральная сеть поднимет тревогу. Еще через три вновь заработают вспомогательные системы.

– Хорошо. Отходим к основной точке.

К этому моменту лифт доехал до подвального помещения. Отряд вышел и уверенно направился в боковой проход, выбравшись в аналог местной канализации. Подземная часть города напоминала заросшие джунгли с лианами из проводов и кабелей. На пути постоянно попадались узкие лазы и ответвления. Давящая атмосфера усиливалась тусклыми лампами, часть которых не работала либо зловеще мерцала.

***

Поначалу Виктор пытался запомнить маршрут, но спустя множество однообразных поворотов окончательно отказался от этой затеи. Группа двигалась в таком режиме в течение нескольких часов, ни разу не сверившись с картой.

Наконец движение отряда замедлилось. Шедший впереди боец достал фонарь и дважды мигнул им в темноту. Впереди зажегся прожектор. В освещенную зону вошли двое патрульных.

– Здравия желаю, капитан!

– Вторая группа уже вернулась?

– Никак нет. В последнем сообщении они передали, что столкнулись с дронами безопасников.

– Если там только безопасники, то наши прорвутся. Продолжай службу, лейтенант.

Патрульный гаркнул «есть!» и вернулся на прежнюю позицию. Отряд прошел дальше. До прибытия на базу встретились еще два подобных поста охраны. Основной форпост располагался в обширном помещении на перекрестке сразу нескольких подземных коридоров. Посреди наспех установленных терминалов и коробок с припасами непрерывно шныряли бойцы, понукаемые приказами офицеров. Несмотря на то, что у них не было общей униформы и видимых знаков отличия, в происходящем чувствовалась армейская дисциплина. От наблюдений Виктора отвлек подошедший капитан.

– Ну что, Витек, как тебе дивный новый мир?

– А с кем я вообще говорю, капитан?..

– Капитан Николай Смирнов, командир сорок второй роты благословенного ордена Солеитов. Впрочем, к чему этот унылый официоз? Мы ведь уже спасли тебя из лап федерастов – можешь звать меня просто Николаем.

Капитан бесцеремонно приобнял Виктора и потянул к боковым помещениям. По дороге он продолжил:

– Поди рад слышать нормальные имена, да? Тебе чертовски повезло, что разведка прознала о твоей разморозке.

Николай продолжал улыбаться, но его глаза оставались холодными.

– Из-за дефекта в капсуле федералы побоялись вытаскивать тебя без биогенератора нового поколения. Оно и к лучшему – твои товарищи встретили куда худший исход. Федерация стерла им личности и подключила в качестве винтиков своей машины по уничтожению человечества.

– Вы о чем? Может, люди в больнице и выглядели странно, но индивидуальность в них все же осталась.

– Вы? Я же один с тобой разговариваю… Неважно. Суть в том, что система именно так и промывает мозги, — голос Николая стал серьезнее. – За десятилетия Федерация научилась устраивать крайне правдоподобные спектакли. Все, кого ты видел – лишенные души трутни, слепо исполняющие волю коллективного разума.

Речь капитана стала напоминать проповедь священника, становясь все громче с каждым словом.

– В конце Последней Войны основатель ордена Солеитов – первосвященник Джедедайя Магнус – провозгласил высшую ценность отдельной человеческой личности и греховность душесмешения. Он отверг омерзительные технологии только зародившейся Федерации, начав свой крестовый поход.

При упоминании имени основателя окружающие отложили свои дела, и на их лицах появились одухотворенные улыбки.

– К сожалению, многие из его соотечественников, истощенные затянувшейся войной, с радостью приняли дары искусителей и стали частью системы. Через пять лет первосвященник Магнус пал смертью мученика, но идеи его продолжают жить! Ибо именно Он оказался достоин чести увидеть путь к искуплению для всего человечества!

Виктор выслушал речь капитана, но не разделил его религиозного экстаза.

– О да, вооруженное нападение на больницу и убийство врачей определенно приведут человечество к искуплению, – увидев гнев в глазах Николая, Витя поспешил продолжить. – Так чего именно вы добиваетесь? Зачем рисковать вооруженной группой ради моего спасения?

Капитан посмотрел на Виктора со смесью гнева и возмущения. Тот с вызовом ответил на взгляд. Спустя минуту гляделок Николай устало вздохнул и продолжил уже без прежней усмешки:

– Объединенное командование полагает, что порабощенных еще можно спасти. Скоординированная атака сразу нескольких центральных сетевых узлов — вроде того, что расположен в этом городе — способна вызвать перегрузку. В результате наступит коллапс, а люди освободятся от внешнего контроля.

Следующую фразу капитан произнес, глядя Виктору прямо в глаза.

– Ты же просто оказался в нужное время в нужном месте. По мнению синода ободряющая речь из уст древнего поднимет боевой дух солдат.

Витя задумчиво кивнул, а капитан едва заметным сигналом подозвал охрану.

– Но, судя по твоему настрою, ты не горишь идеей спасения человечества?

– Не то чтобы я против, – Виктор почувствовал приближение людей позади и пытался подобрать нужные слова. – Просто сегодня столько всего произошло, и нужно все как следует обдумать.

– Думай, Витек, думай. Время пока еще есть.

Николай повернулся к одному из охранников и приказал:

– Отведите нашего гостя в подготовленную комнату.

Когда капитан договорил, раздался приглушенный взрыв. Боевики начали ошеломленно оглядываться, но быстро опомнились, увидев влетающие через вентиляционные отверстия рои дронов.

«Сложите оружие, вы окружены! Любая попытка сопротивления ведет к ликви…»

Автоматная очередь пробила самый большой дрон, и трансляция прекратилась. В ответ дроны открыли огонь из лучевого оружия, мгновенно разделив неудачливого стрелка на несколько отдельных кусков.

Пока Виктор с ужасом смотрел на опадающие части солдата, капитан прокричал несколько команд в рацию. Охрана сосредоточила огонь на вентиляционных люках. Грохот выстрелов и визг лучевых пушек слились в единую какофонию.

Без возможности получить подкрепления оставшиеся дроны были быстро уничтожены, однако тишина продлилась недолго – со стороны входов на базу вновь послышались звуки ожесточенной стрельбы.

Словно из ниоткуда, рядом с капитаном появился техник, участвовавший в нападении на больницу.

– Капитан, дальние дозоры разбиты! Через десять минут здесь начнется ад. Другие форпосты сообщают о контакте с армейскими подразделениями. Нужно отступать, пока еще не…

– Отставить панику, Семен. Передавай остальным группам, чтобы они приступали к основной операции.

– Но с имеющимися силами у нас нет и шанса…

– Это приказ, сержант. Пусть минируют базу и отходят на станцию. Мы должны выполнить задачу любой ценой.

– Д-да, капитан. Будет исполнено.

Ответив, Семен неуверенно отдал честь и побежал к группе связистов, пытающихся затушить искрящийся терминал.

Капитан ухватил Виктора за руку и потащил к неприметной двери за электрощитком.

– Что ж, Витек, воодушевляющая речь отменяется, – на лице капитана вновь появилась хищная улыбка. – Но что может поднять боевой дух лучше речи героя из древности? Правильно! Новость о том, что древний герой самолично участвовал в битве с врагом!

По пути к капитану присоединился еще один отряд солдат, ведомый щуплым лейтенантом. Вместо автоматов они тащили гротескно длинные винтовки. Судя по довольным перешептываниям бойцов, это были некие «рельсы».

Объединившиеся отряды вышли к центральному коридору, настолько широкому, что в нем могли бы разъехаться два самосвала. Выжившие охранники вжималась в самодельные баррикады. Посреди прохода вперемешку лежали разломанные ящики с провизией, обломки дронов и обожженные тела персонала базы.

Из наблюдательного пункта раздался крик:

– Приближаются! Вижу армейские модели!

Вслед за этим последовала серия взрывов, и пункт наблюдения смело вместе с кричащим. Капитан отдал серию команд, и бойцы рассредоточились за укрытиями вдоль стен, открыв перекрестный огонь по наступающим. В отличие от летающих моделей, эти роботы имели антропоморфную форму и напоминали перекачанных терминаторов, закрытых листами брони. Автоматы слабо помогали против боевых роботов, но тяжелые винтовки эффективно сдерживали наступление.

На какое-то время установилось шаткое равновесие. Дроны не могли прорваться через огонь рельсотронов, но на смену подбитым продолжали прибывать новые роботы. Число защитников же наоборот постепенно уменьшалось. Серия взрывов разметала сразу несколько укрытий и повернула исход битвы в пользу атакующих.

В попытке вернуть инициативу один из бойцов бросился к уцелевшему пулемету, но его тут же убили. Солдат, вжавшийся в разломанный ящик рядом с Виктором, несколько раз чертыхнулся и высунулся наружу, выпустив из своей винтовки еще один смертоносный выстрел. Обратно в укрытие сползло уже тело без головы, а некогда опасная винтовка превратилась в оплавленный кусок металла.

Все это время Виктор лишь вжимался в пол, надеясь, что боевые роботы не станут взрывать все без разбору. Вдруг его взгляд уткнулся на пистолет в кобуре мертвого бойца. Пока остальные были сосредоточены на бое, он дотянулся до кобуры и трясущимися руками попытался ее открыть. С третьей попытки ему удалось, и Виктор стал обладателем тяжелого пистолета. Оглянувшись, Витя заметил настороженный взгляд Николая, но больше тот никак не отреагировал.

Наконец капитан дал приказ к отступлению. К этому моменту защитников осталось едва ли больше трети, и они уже не могли как следует прикрывать отступающих соратников. Вскоре последний из оставшихся охранников выскочил в боковой коридор, и капитан толкнул Виктора вслед за ним. Когда до спасительного угла осталось меньше метра, оттуда высунулась рука Семена и резко затянула Виктора внутрь. Вслед за ним в проход влетел капитан, на ходу перезаряжая автомат.

– Валим отсюда, капитан! – голос техника дрожал, а сам он то и дело поправлял очки. – Минеры уже закончили!

Виктор вскочил на ноги на ноги и поспешил за уже убегающим техником. Николай не отставал, по пути передавая команды по рации. Вернувшись к центральному тоннелю, Витя заметил связки взрывчатки, установленные на колоннах. Позади отчетливо послышался лязг сервоприводов, но прямой видимости еще не было. После очередного поворота капитан прокричал в рацию приказ: «подрывай!»

Целая секция путей позади разом рухнула, подняв густое облако пыли. Николай окликнул выживших бойцов. Раненых среди них не было – вооружение армейских дронов было слишком смертоносным, чтобы оставлять кого-то в живых после попадания.

– Ка-апитан, код черный! Западный вход не удалось взорвать полностью и…

– Успокойся, Семен, — тон Николая в противовес оставался абсолютно спокойным. – В лобовом столкновении мы все равно не одержим победу. Остановите прорыв на западе и отходите. Через двадцать минут отправляемся на позицию для штурма.

– Это самоубийство! У нас осталась лишь четверть бойцов. Второй и пятый форпосты не отвеча…

– Отставить панику. Федерация разделила силы, чтобы одновременно накрыть все наши базы – сейчас лучший момент для контратаки. Если не уничтожим узел сейчас, то нас самих перебьют в ближайшие сутки. Я буду ждать вас уже на условленной позиции, выполняйте!

Солдаты побежали дальше по коридору. Виктор хотел было присоединиться к ним, но Николай решительно остановил его.

– Смотрю, Витек, ты успел вооружиться. Значит, готов сражаться с врагами человечества?

Виктор бросил взгляд на мертвые тела и осторожно ответил:

– Вроде того.

– Хорошо! Тогда двигай за мной.

Сбоку показался узкий проход, на стенах которого искрилась проводка. Он привел к старой станции метро. На рельсах стоял бронированный состав с тяжелым тараном, который торопливо укрепляла группа техников. Пожилой инженер подошел к Николаю и приветливо махнул рукой.

– А ты вовремя, та-ащ капитан. С одного боя сразу же в другой.

– Привет, Вова. Как там наша ласточка?

Старик взглянул на бронепоезд и довольно улыбнулся.

– Как большой и страшный танк, только на рельсах. Пути мы уже восстановили, поэтому с движением проблем не должно быть, – на морщинистом лице рабочего появился хмурое выражение. – Но что-то мне все равно неспокойно.

– Не боись, мазута, прорвемся!

– Кстати, куда опять пропал Семен?

– Отправил с остальными на усиление к западным воротам. Не переживай ты так – твой сын сообразительный малый, хоть и слишком волнуется. Встретишься с ним уже минут через десять.

На лице рабочего появилось некоторое облегчение. Николай ободряюще похлопал его по плечу.

– Мы хотим разведать позицию до прибытия основных сил. Еще остались дрезины на ходу?

– Да, есть одна. Сейчас подгоним.

Вскоре двое техников вывели перед поездом кустарно собранную дрезину. Один из них торопливо залил содержимое канистры в дизельный генератор и тут же побежал вслед за напарником обратно к поезду. Виктор с капитаном заняли освободившиеся места и приготовились тронуться. Напоследок инженер пожелал им удачи.

***

После того, как дрезина отъехала вглубь тоннеля, вокруг пропало всякое освещение. Капитан переключил тумблер. Темноту прорезал луч прожектора. Минуты сменялись одна за другой, сопровождаемые лишь размеренным стуком колес. Монотонный шум прервал отрешенный голос Николая:

– Мир, построенный на основе идей трансгуманизма; победа над вечными людскими слабостями; торжество науки и прогресса – это принципы, на которых держится работа системы.

Витя взглянул на капитана, но ничего не ответил. Николай же продолжил свою речь, будто общаясь с самим собой:

– Вот только за столь глобальными идеями Федерация перестала замечать отдельных людей. Человек превратился в послушную машину – инструмент, безошибочно выполняющий свою функцию. За лесом потерялись деревья.

На этот раз Виктор не смог смолчать.

– Разве это плохо? В мое время считалось, что человек – высшая ценность. Но как люди этим пользовались? Тратили время на собственные развлечения и удовольствия! Они говорили, что в жизни нужно попробовать все…

В тоне Вити появились злые нотки.

– …но в этот перечень не входило получение научной степени, создание прорывного открытия или освоение Марса. Как по мне, такое пустое существование даже хуже бездушной работы инструмента.

На дрезине вновь установилось молчание. Однообразную обстановку развеивали лишь крысы, то и дело мелькающие в свете прожектора. Капитан продолжал задумчиво смотреть вперед. Через полчаса он вновь заговорил.

– Может, ты и прав, Витек – все мое детство прошло в подземном убежище при постоянном недостатке припасов.

В этот раз тон Николая не выражал какой-либо враждебности.

– Самой большой моей радостью долгое время оставались двойные пайки в школе офицеров. А открытое небо всегда вызывало лишь чувство страха, но уж никак не мечты о других планетах.

После слов капитана поднимающаяся злость Виктора резко стихла.

– Может, человеческая природа несовершенна. Может, мы никогда не достигнем той эффективности, с которой действует Федерация, – в тоне Николая вновь послышалась усмешка. – Но я хочу защитить это несовершенство. Потому что именно наши слабости и непрекращающаяся борьба с ними формируют наши личности. А вместе с ними формируется и само человечество.

Тем временем тоннель закончился. Перед Витей открылось просторное помещение, внешним видом напоминающее депо. Дрезина со скрипом остановилась. Наступившая тишина непривычно резала слух.

Николай поудобнее перехватил автомат и заменил магазин на аналогичный, но перемотанный красной лентой. Неожиданно капитан произнес:

– Что-то не так.

Витя удивленно взглянул на него, но тоже начал внимательно осматривать местность. Вдвоем они подошли к краю секции, отделенной от следующего помещения большими воротами. При приближении к ним Виктору показалось, что окружающая тишина словно задрожала.

За воротами не оказалось никого живого или механического, но напряжение лишь усилилось. Капитан осторожно пошел вперед. Пробравшись через пустой вагон, он застыл как вкопанный. Витя выглянул через плечо Николая и понял причину остановки.

В десяти метрах впереди стоял живой Седьмой, а рядом с ним беззвучно располагались два армейских дрона.

– Давно не виделись, капитан. Хоть ты и убил меня на крыше, но я все же предложу сложить оружие и прекратить бессмысленное сражение.

– Бессмысленное? Почему это?

– Мы остановили поезд. Большинство убито, а почти все выжившие взяты в плен.

– Почти?

– Группа техников, включая того, кто был с тобой в больнице, временно скрылась.

Николай стал выглядеть чуть менее напряженно, а в его голосе появилась знакомая усмешка.

– Ну, Семен! Вот живчик… Кстати, безымянное насекомое, знаешь, почему мы выбрали именно это место в качестве точки сбора?

Седьмой не произнес ни слова, но заметно насторожился. Все с той же ухмылкой капитан продолжил:

– Крыша депо заглушает сигналы системы, и дроны действуют с задержкой.

Седьмой резко бросился на пол и чудом избежал автоматной очереди. А вот дроны отреагировать не успели: один из них рухнул на землю, получив попадание в сервопривод, а второй лишился сенсоров.

В ту же секунду капитан рванул назад в вагон и рухнул на пол, сбив по пути Виктора. Не останавливаясь они проползли вперед. Через мгновение ответный огонь превратил в решето их прежнее укрытие. Высунувшись, капитан метким выстрелом добил лежащего дрона. Седьмой же куда-то исчез с линии огня.

Со стороны входа в вагон послышался шорох, и Николай развернулся в ту сторону. Однако выстрелить он уже не успел – яркий луч пронзил насквозь ствол винтовки вместе с рукой. Не задумавшись ни на секунду, капитан левой рукой выхватил пистолет и побежал на Седьмого, по пути непрерывно стреляя.

Сотрудник эскорта инстинктивно вжался в укрытие. Когда он опомнился, то капитан уже подскочил вплотную и с размаху ударил его ногой. Седьмой успел закрыться руками, но все же повалился на спину. В падении он направил лучемет на врага, но увидел дуло пистолета перед лицом.

Раздался выстрел.

Виктор трясущимися руками сжимал пистолет и смотрел на поднимающуюся от ствола серую дымку. В голове всплыл разговор, произошедший еще до заморозки.

***

Дым от сигарет поднимался к потолку, образуя серое облако. Громкая музыка постоянно заглушалась раскатами смеха и пьяными криками.

– Виктор Михайлович, а скоро вы планируете начать заморозку людей?

– Ну кой я тебе Виктор Михал-лыч, Олежа? Я всего на пять лет старше!

От выпитого алкоголя лицо Вити раскраснелось. Сделав глубокий глоток, он продолжил:

– Сначала нужно дождаться, пока чиномни… чимони… в общем, эти бумагомараки наконец примут соответствующие законы. Они уже полгода не могут написать эту пару строк – то церковники вмешиваются, то экологи лезут со своими заскоками, то еще кто.

Виктор опустошил кружку и расслабленно выдохнул. Но следующую фразу он произнес уже трезвым голосом, лишенным всякого намека на веселье.

– Знаешь, Олег, все эти деньги, банки, телевидение… Не об этом я мечтал. В детстве с упоением зачитывался научной фантастикой и представлял, как однажды высажусь на Марс вместе с группой колонистов. Даже в авиационный поступил, чтобы поближе к космосу быть…

– А потом что? – спросил Олег, видя, как Виктор начинает погружаться в воспоминания.

– Потом врачи нашли аномалию в сердце – видите ли, правый желудочек слишком увеличен. Жить это не мешает, но в космонавты мне путь закрыт. Я тогда, конечно, расстроился – по инерции закончил институт, помыкался по временным подработкам, но в конце концов решил открыть свое дело.

– Судя по всему, успешно?

– Верно. Так все и завертелось: бизнес, квартира, машина, девушки. Жизнь стала казаться не такой уж и плохой. Мечты юности отошли на второй план…

Глядя на опустевшую кружку, Виктор продолжил:

– Да только изнутри начала поедать меланхолия. Вроде бы все есть – живи и радуйся! Но нет. В таком состоянии я и не заметил, как разбираю детские вещи. А среди них лежал рисунок – планета с двумя лунами, ракета и множество людей вокруг, держащиеся за руки. И у каждого на груди флаги разных стран.

Олег сделал глоток из своей кружки, внимательно слушая Витю.

– И тут меня торкнуло: если в наше время нет шансов достичь мечты, то нужно просто попасть в будущее!

В этот момент Олег поперхнулся пивом и судорожно закашлялся.

– Просто?! Да вложенных денег хватит на десяток космических пусков. Почему ты выбрал именно это направление?

– Потому что крионика – наш билет к звездам.

Олег наконец пришел в себя и с сомнением спросил:

– Ты действительно веришь, что в будущем люди справятся?

– Нет.

Такой ответ спровоцировал у Олега новый приступ кашля, но в этот раз он оклемался быстрее. После небольшой паузы Витя продолжил:

– Люди слишком слабы для решения столь глобальной задачи. Мы зациклены на сиюминутной награде и личной выгоде. Даже если страны и объединятся ради освоения космоса, то лишь на короткий срок. С таким подходом нет никаких шансов, — в этот момент в глазах Виктора появился блеск. – Но я очень хочу в это верить. Верить, что мы найдем способ превзойти себя.

***

Виктор подошел и протянул руку.

– Спасибо, это было очень своевременно.

Мужчина крепко ухватился за протянутую ладонь и встал на ноги.

– Знаешь, Эскорт посчитал, что ты перешел на сторону реваншистов, — на лице Седьмого появилась улыбка. – Но благодаря тебе Двен осталась жива, так что я решил для начала все проверить.

Неожиданно Седьмой крепко обнял Витю.

– Спасибо… Спасибо, что спас ее!

Все еще ничего не понимая, Витя спросил:

– А разве смерть для вас проблема?

– Я делал резервную копию сознания полгода назад – к этому моменту мы с Двен были знакомы уже четыре года. Но вот ее последняя копия была еще позже, – в тоне Седьмого появилась непонятная смесь чувств. – Конечно, ее бы восстановили с помощью тех воспоминаний и данных из сторонних источников, но этого бы не хватило, чтобы вернуть все воспоминания.

Седьмой вытер испарину на лбу.

– Я бы не смог это вынести. Не смог спокойно общаться с той, кто считает меня незнакомцем. Наверное, это звучит глупо…

– Нет, не глупо, – Виктор похлопал Седьмого по плечу. – Давай выбираться. Помнится, вы обещали устроить экскурсию по городу.

***

Больница уже вновь заработала, несмотря на вечернее нападение. По коридорам то и дело разъезжали медицинские автоматоны. Небольшая группа механизмов безмолвно стояла перед пожилым доктором. Когда он увидел Виктора, то добродушно улыбнулся.

– Здравствуй, Виктор. Мы с коллегами как раз обсуждаем предстоящую операцию. Эскорт уже передал, что ты хочешь отправиться со второй марсианской миссией.

Тон доктора вновь стал деловым.

– Придется внести ряд изменений в эндокринную систему, чтобы снизить риск онкологии. Можешь на нас положиться – все мы работали врачами еще во время войны.

Пятеро автоматонов повернулись и приветливо махнули своими манипуляторами. Из больничного динамика раздался знакомый механический голос:

«Но если передумаешь, то присоединяйся к Фосс. Слышали, ты лично завалил одного из реваншистов? Если так, то поздравляем!»

– Буду иметь в виду.

Виктор улыбнулся, но при этом не мог избавиться от чувства вины. Руки снова задрожали, напомнив о совершенном поступке. От воспоминаний Витю оторвал еще один знакомый голос:

– Здравствуйте, Виктор Михайлович! Вижу, теперь вы наконец можете исполнить свою мечту. Звучит как повод для праздника, не думаете?

Позади стоял белобрысый паренек с позвякивающим пакетом в руках.

– Привет, Олег. Я ведь еще тогда просил звать меня по имени, – Витя перевел взгляд на пакет и продолжил: – А вот насчет праздника абсолютно согласен!

К полуночи все разошлись, и Виктор остался в комнате один. Он подошел к окну и по-новому взглянул на ночное небо. Несмотря на засветку, в нем все же проступали крохотные огни. Но в этот раз они не вызвали прилива грусти. Вите казалось, что стоит протянуть руку, и он дотянется до звезд. Впервые за многие годы он почувствовал себя по-настоящему счастливым.

Спустя три дня Виктор прошел через операцию, включающую генные правки и установку модулей для работы в сети. В тот же день он подключился к серверу будущих колонистов. Его мысли смешались с идеями и мечтами сотен людей, так же участвующих в миссии.

В этот момент Виктор перестал существовать как отдельная личность. Он прошел путь, который превратил его в иное существо. И хотя на Земле еще оставались люди в привычном понимании, их судьба уже была предрешена.

Люди, чьи эгоизм и алчность поставили человечество на грань уничтожения, все еще строили планы по возвращению старого мира. В полуразрушенных убежищах они готовили новых солдат и командиров, но все их усилия были напрасны.

Потому что на Земле появился новый вид разумных существ. Вид, способный сохранять накопленный опыт даже при смерти его представителей. Вид, в котором исчезли внутренние конфликты и предрассудки. Теперь именно он стал царствовать над Землей, а впоследствии покорил другие планеты и звезды.

И это был лучший возможный исход.

0
Войдите или зарегистрируйтесь с помощью: 
4 Комментарий
старее
новее
Inline Feedbacks
Посмотреть все комментарии

Текущие конкурсы

"КОНЕЦ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА"

Дни
Часы
Минуты
Прием работ завершен! Огромное спасибо за ваше внимание к нашему конкурсу. Все принятые рассказы опубликованы. Проходит этап читательского голосования.

Последние новости конкурсов

Последние комментарии

Больше комментариев доступно в расширенном списке
  • Grold на БессмертиеПроблемы, автор, начались с самого начала. "...когда умер по…
  • Grold на Дебри. Новый мирИдея перспективная и панорама развёрнута нехилая, но всё хор…
  • Весёлая на СтефанТа фигня, чё уж там) Не расстраивайтесь! Мои рассказы тоже п…
  • Антон (Nvgl1357) на Тень на пескеТа-та-та-там!))
  • Grold на НесуществующееСравнительная характеристика, конечно, подходящая. И про мух…

Последние сообщения форума

  • vladimir.habarov в теме Судьба внеконкурсного раздела
    2020-09-21 18:52:59
    Я за. На других литплощадках внеки есть и народ худо-бедно их читает. И там попадаются вещи намного лучше, чем в…
  • Алёна в теме Улучшения в работе портала
    2020-09-21 18:52:25
    «Работаем круглосуточно, кроме праздников. Но, так как праздников Марсе тоже нет, работаем вообще всегда». НА Марсе…
  • Стенька Разин в теме Вести с полей
    2020-09-21 18:38:01
    Есть ли жизнь на Марсе?! Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе, главное что у коньяка 4 звездочки.
  • Евгений Авербух в теме Вести с полей
    2020-09-21 18:29:14
    Змей сказал(а) Смертельная битва выкосила ряды марсианской армии! И вновь как никогда актуален вопрос — Есть ли жизнь…
  • Змей в теме Вести с полей
    2020-09-21 17:51:55
    Смертельная битва выкосила ряды марсианской армии! И вновь как никогда актуален вопрос — Есть ли жизнь на Марсе?!

случайные рассказы конкурса «Конец человечества»

Поддержать портал

Отправить донат можно через форму на этой странице. Все меценаты попадают на страницу с благодарностями

Авторизация
*
*
Войдите или зарегистрируйтесь с помощью: 
Генерация пароля